Виктория Л. (yasnaya_luna) wrote,
Виктория Л.
yasnaya_luna

Categories:

Перечитывать

Борис Рыжий

Кусок элегии
Н.


Дай руку мне — мне скоро двадцать три —
и верь словам, я дольше продержался
меж двух огней — заката и зари.
Хотел уйти, но выпил и остался
удерживать сей призрачный рубеж:
то ангельские отражать атаки,
то дьявольские, охраняя брешь
сияющую в беспредметном мраке.
Со всех сторон идут, летят, ползут.
Но стороны-то две, а не четыре.
И если я сейчас останусь тут,
я навсегда останусь в этом мире.
И ты со мной — дай руку мне — и ты
теперь со мной, но я боюсь увидеть
глаза, улыбку, облако, цветы.
Все, что умел забыть и ненавидеть.
Оставь меня и музыку включи.
Я рассажу тебе, когда согреюсь,
как входят в дом — не ангелы — врачи
и кровь мою процеживают через
тот самый уголь — если б мир сгорел
со мною и с тобой — тот самый уголь.
А тот, кого любил, как ангел бел,
закрыв лицо, уходит в дальний угол.
И я вишу на красных проводах
в той вечности, где не бывает жалость.
И музыку включи, пусть шпарит Бах —
он умер; но мелодия осталась.
1997

***
Не верю в моду, верю в жизнь и смерть.
Мой друг, о чём угодно можно петь.
О чём угодно можно говорить —
и улыбаться мило и хитрить.
Взрослею я, и мне с недавних пор
необходим серьёзный разговор.
О гордости, о чести, о земле,
где жизнь проходит, о добре и зле.
Пусть тяжело уйти и страшно жить,
себе я не устану говорить:
«Мне в поколенье друга не найти,
но мне не одиноко на пути.
Отца и сына за руки беру —
не страшно на отеческом ветру.
Я человек, и так мне суждено —
в цепи великой хрупкое звено.
И надо жить, чтоб только голос креп,
чтоб становилась прочной наша цепь».
Пусть одиночество звенит вокруг —
нам жаль его, и только, милый друг.
1995

***
Я никогда не напишу
о том, как я люблю Россию.
Роман Тягунов

Как некий — скажем — гойевский урод
красавице в любви признаться, рот
закрыв рукой, не может, только пот

лоб леденит, до дрожи рук и ног
я это чувство выразить не мог, —
ведь был тогда с тобою рядом Бог.

Теперь, припав к мертвеющей траве,
ладонь прижав к лохматой голове,
о страшном нашем думаю родстве.

и говорю: люблю тебя, да-да,
до самых слез, и нет уже стьща,
что некрасив, ведь ты идешь туда,

где боль и мрак, где илистое дно,
где взор с осадком, словно то вино…
Иль я иду, а впрочем — все одно.
1995
Tags: поэзия
Subscribe

  • Субъективное

    Утро началось сегодня с живописной темы: завтракала я под передачу про ориентализм во французском искусстве в целом и творчестве Энгра в частности.…

  • Јесење боје

    Пусть здесь останутся на память октябрьские солнце, листва, вода и все краски осени, которыми мы любовались.

  • Ступай же мягче

    "Вдохновлённые ковром" - это та выставка, о которой рассказывать бесполезно. Нужно просто идти и смотреть своими горящими глазами, ахать,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 3 comments