February 21st, 2014

Барбра Стрейзанд

(no subject)

Абстрагируясь от новостей, политики и других тем, которые я предпочитаю не поднимать в своем блоге

Прослушав 4-тую симфонию Прокофьефа, я делаю выводы о том, что:
- в голове композитора творилось нечто странное;
- видимо, так себе был тип (хотелось написать "жлоб" - проверила, есть у Ожегова в словаре);
- лучше бы он ее не редактировал и не делал в 2 раза длиннее;
- мне не близко отрицание мелодии в музыкальном произведении.

Концерт получился общеобразовательным - музыка прошла мимо. Я с облегчением выдохнула, когда увидела, что скрипки перевернули последнюю страницу нот.

Дирижер, как всегда, рисовался, оборачиваясь то и дело на публику, чтобы проверить "эффект". Он еще и пританцовывал "жигу" - странное сочетание с не-балетным-Прокофьевым.

Зрители неисправимы: начать бурно аплодировать в середине произведения и подносить цветы - это дикость. Дирижер спросил "Вы нас больше не хотите слушать?"

В первом отделении был прокофьевский же скрипичный концерт № 2. Солировала Юлия Игонина с инструментом 17 века. Звучал инструмент достаточно глухо, но в рамках произведения почти органично. Акустика "блокировала" звук на сцене.

Что касается музыки... я прикидывала, как скроен подол у платья солистки. :) А если серьезно, невосприимчивость к концерту № 2 я с удивлением отнесла к тому, что музыка отчасти повторяет мой внутренний мир. Она стихийна и нестройна, как если бы детали ее складывали и раскладывали в разных спонтанных последовательностях, отчего лишь иногда выстраиваются гармоничные линии. Одинаковые заряды отталкиваются, вот и мы с концертом взаимооттолкнулись. :) Любопытно будет произвести вторую попытку, тет-а-тет, и проверить, обусловлено ли это тем, что солировала женщина, и возможно ли будет, запустив музыку внутрь себя, совместить ее с мироощущением.