?

Log in

No account? Create an account
Эльдалира: шепот далеких волн
Октябрь 11, 2013
04:35 pm
[User Picture]

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Подлинная история Планкетта и Маклейна
Специально для Robert Carlyle Club

Вы, конечно, и не догадывались, как все было на самом деле. Что ж, слушайте.

Уильям Планкетт, джентльмен, проживал в Лондоне, на Джермин Стрит. На дворе был 18 век, самая середина, позвольте заметить – времена достаточно своеобразные, и медицина все еще была не на высоте. Так что не мудрено, что в один прекрасный день почтенный аптекарь окончательно разорился и в поисках средств существования обзавелся пистолетами и лошадьми (крадеными) и принялся за разбой.


История сохранила для нас судебные материалы и мемуарам, то есть, простите, письменные показания Джеймса Маклейна, коллеги нашего аптекаря. Последний встретился ему как раз тогда, когда Маклейн пытался устроить какой-нибудь коммерческое предприятие. Господин Планкетт явил талант красноречия и увлек юношу рассказами о заграничных путешествиях, доказательством чему служило его изысканное платье. Разумеется, доверчивый малый тут же занял новому знакомцу сотню фунтов.

Позднее, утомленный настойчивостью Маклейна, Планкетт вернул-таки часть суммы, а взамен оставшегося долга предложил некоторые предметы гардероба, оказавшиеся в итоге украденными во время вооруженного нападения в Ханслоу Хит.

Старина Уилл внушал коллеге, что это естественный ход вещей, выражение права на достойную жизнь, и если кто-то не способен поступиться несколькими моральными принципами и подрезать хвосты транжирам-богачам, то не видать ему собственного капитала. На суде Маклейн даже пытался обернуть эти свидетельства против компаньона, однако его адвокаты были не слишком усердны – затея не удалась.

Все это время лондонские газеты пестрели заметками о дерзких грабителях, и первая из них, в издании «The Gentleman's Magazine», сообщала о нападении на Лорда Эглинтона.


Сам же Планкетт удивлял слушателей самыми разнообразными историями: иногда он заявлял, что облачение священника (правильнее сказать, непосредственно с протестующего священника) они украли, потому что не имели иного выхода; в другой раз звучала история о том, как он деликатно спрятал пистолет, поскольку тот вызывал ужас у ограбленной дамы. К слову, Уилл безусловно любил только две вещи – бутылку и женщин.

Так или иначе, по окончании разбойничьей карьеры Планкетт пересек океан и осел в Новом Свете, получил звание полковника и в 1775 году командовал нортумберлендским батальоном национальной гвардии. В 1845 году некий Чарльз Майнер привел в качестве доказательства этого открытия вырезку из того же «The Gentleman's Magazine», найденную в лондонской библиотеке Атенеум.

Текст гласил, что бывший аптекарь добился места мирового судьи, был достопочтенным гражданином и подтверждал, что Джеймс Маклейн некогда являлся его компаньоном. К тому же знакомые английского Планкетта узнали его в новоиспеченном жителе Америки.


Как видите, он прожил долгую жизнь. Окончательно ослепнув в возрасте 100 лет, достопочтенный Уильям Планкетт скончался. Было это году в 1791 от Рождества Христова в Санбэри, Пенсильвания, и местечко неподалеку до сих пор носит его имя – Планкеттс Крик.

Необходима лишь маленькая ремарка: либо возраст нашего героя был намеренно изменен, либо на большую дорогу старина Уилл вышел в возрасте шестидесяти лет, а свой пост в национальной гвардии занял уже в 85.

Ни одного портрета Уильяма Планкетта не сохранилось.

Зато мы можем взглянуть на любимца дам Джеймса Маклейна, эсквайра.


Красавчиком его не назовешь, удачливым малым – тоже, но, в конце концов, именно ему принадлежит первая версия сценария «Планкетта и Маклейна», неудачу которого можно списать на недостаточный профессионализм в киноиндустрии в 18 веке.

Младший сын пресвитерианского священника, он, в отличие от своего брата, отцовской профессии предпочел обучение коммерции в Дублине. Здесь Джеймс тоже не проявил усердия и быстро спустил отцовское наследство. Тряпки, азартные игры и проститутки – какой юнец удержится от таких соблазнов?


Перебравшись в Лондон, Маклейн женился на приданом в 400 фунтов. Невеста была дочерью не то владельцы гостиницы, не то торговца лошадями. Новоиспеченный семьянин открыл бакалею на Уэлбек Стрит, но явно не считал это делом своей жизни. Овдовев спустя три года, эсквайр первым делом продал дело и направил капитал на то, чтобы найти спутницу жизни, желательно с большим капиталом. Правда, ни одна леди не нашла такую партию подходящей.

Тут-то и состоялось знакомство с господином Планкеттом. Вместе они провернули по меньшей мере двадцать операций за шесть месяцев: в Ханслоу Хит и Гайд-парке, который не был тогда таковым. Жертвами наглецов пали даже сливки общества - Горацио Уолпол, 4-й граф Орфордский, с которым Маклейн состоял в переписке, и Александр Монтгомери, 10-й граф Эглинтонский. В стремлении к богатству грабь богачей!


Разумеется, это не могло продолжаться бесконечно. По чистой случайности владелец ломбарда, которому Джеймс сбыл кружева с одного из украденных камзолов, перепродал их лицу, узнавшему в товаре недавно приобретенный у него же фрагмент костюма. Занятная петля, не правда ли?

Обо всем было доложено констеблю, и вскоре мистер Маклейн был арестован. В арендованных им комнатах нашлось множество дорогих предметов одежды, кошельков и даже – о радость! – мушкетон Лорда Эглинтона.

21 сентября 1750 года Джеймса Маклейна со всеми почестями препроводили в новые
апартаменты - тюрьму Гейтхаус, Вестминстер.

Скучать эсквайру не пришлось; его имя было у всех на устах, подробный список его добычи был напечатан в «Darby Mercury», судебный процесс в Олд Бэйли оказался самым модным общественным событием, и – вуаля! – более трех тысяч гостей посетили джентльмена-разбойника в его тюрьме.

Знатные леди просили о помиловании для юноши. Из Гааги прибыл старший брат Маклейна, Арчибальд, священник и переводчик. Он ходатайствовал о справедливом милосердии по отношению к родственнику. Делу это не помогло.

"Да простит Господь моих врагов и да примет Он мою душу", - произнес Джеймс, и вот уже сияющие глаза английских дев наполнились слезами по единственному из прекраснейших – разбойнику с большой дороги. Это, в свою очередь, вдохновило серьезного государственного деятеля Соама Дженинса на поэму «Аристократка наших дней», выразительно агитирующую за смягчение английской судебной системы. Появились и другие, более романтические книги…


Иными словами, Джеймса Маклейна вздернули на виселице. Таковы неизбежные последствия распущенности и транжирства.

Уильям Планкетт к делу привлечен не был, но об этом вы уже осведомлены.

Tags: , ,

А что ответит ветер?

Разработано LiveJournal.com