Цветок

Gakko Fest 10

В эти выходные у нас в городе проходит аниме-фестивать Gakko Fest 10, и я выбралась посмотреть, что там происходит. Видела не много и не многих, но кое-что все-таки сфотографировала.



Самая большая прелесть фестиваля - маленькая ведьма Кики.
(А, кроме нее, я узнала только Индиану Джонса, но это был не Харрисон Форд, и я его не сняла.)

Collapse )

P.S. Я тут подумала, что все это, конечно, чудесная игра и в нее важно не заиграться, но вдруг благодаря ей из этих ребят когда-нибудь получатся прекрасные художники (и даже художники-мультипликаторы), или мастера театрального костюма, или гримеры, или кто-нибудь еще в этом роде.

P.P.S. Если кто-то опознал аниме, киньте мне, пожалуйста, названия - очень любопытно будет посмотреть на картинки в сети.
Цветок

(no subject)

Сегодня день рождения Рэя Брэдбери. Вчера утром я дочитала его биографию (так получилось не специально) и поняла, что, хотя из титанов он превратился для меня в просто человека - удивительного, очаровательного, любившего и влюблявшегося, не всегда правого, но всегда честного в том, что касалось литературы. А настоящая литература - это всегда больше, чем человек, ее создавший, даже такой неуемный в мечтах, идеях и словах, как Мастер Рэй.


Вот дочитанную книгу о нем я настоящей литературой назвать не могу - это удачная, но все же компиляция цитат из сочинений и интервью Брэдбери и не только, отвлеченных заметок о его современниках и не самых подходящих (или не лучшим образом переведенных?) стихов. Собственно биографическую часть можно уместить на двух десятках страниц. Зато книга оказалась познавательной. Например, я узнала, что PlayBoy - не просто журнал, посвященный ню, но издание, где откровенные фотографии - всего лишь отвлекающий маневр, фасад для публикации короткой прозы лучших писателей и серьезнейших статей, острых, актуальных, подающих проблемы с самых разных, порой противоположных точек зрения. Неожиданно, правда? Кое-что новое я узнала, об американском психозе пятидесятых, об "охоте на ведьм", о шести якобы-полетах на Луну, а еще о том, что детям, выросшим в южном городе, непросто привыкнуть к теплой одежде.

Меня удивило, что в книге мало внимания уделено экранизациям произведений Брэдбери. А ведь есть замечательнейшие работы, например "Вино из одуванчиков", снятое Игорем Апасяном в 1997 году. Его мало кто видел, его редко повторяют, но это удивительное кино, очень близкое к первоисточнику, и мне было бы любопытно узнать, видел ли фильм сам Брэдбери.
Цветок

Время чтения

Простуда - это, конечно, неприятно, но я все-таки немножко отдохнула, побездельничала и насладилась давно ждавшими свой час книгами.

"Бусый волк" Марии Семеновой и Дмитрия Тедеева - чтение увлекательное, очаровывающее и притом несколько отрезвляющее, потому что прекрасный праславянский (сходный с праславянским) мир - это не призыв возвращаться назад, надевать рубахи и пропагандировать архаичное экожитие, а, напротив, попытка проторить дорогу в будущее, опираясь на корни. Одно "но" у дилогии - много ниточек, который в конце не сплелись, будто оставляя пространство для продолжения. Очень уж скоро происходит развязка, и многое остается недосказанным. Я даже проверила, нет ли третьей части. Увы, нет.


После славянского фэнтези я обратилась к жанру нон-фикшн и наконец-то прочитала подаренный мне подругой "Дневник книготорговца" Шона Байтелла. Это отличнейшее произведение о книгах, людях и сопутствующих интересностях. Автор, он же владелец букинистического магазина в живописной шотландской глубинке, пытается выказать себя мизантропом и циником, но на самом деле это вполне адекватный и весьма терпеливый человек с хорошим чувством юмора, и мне совсем не кажутся жесткими или неделикатными его замечания по поводу тех или иных покупателей. Может, потому что я сталкиваюсь с клиентами, ведущими себя совершенно аналогично посетителям упомянутого книжного. "Дневник" представляет собой заметки о магазинной и околомагазинной жизни с февраля 2014-го по февраль 2015 года. Увлекательно, хотя и без сквозного сюжета - он здесь и не нужен.


Конечно, я выписала несколько цитат, причем для меня они - не только о книгах, но и о жизни вообще. О том, что судьбы книг безмолвно хранят истории людей, которым принадлежали, и продолжают их, попадая к новым владельцам.

"Даже бывая в гостях у друзей, я всегда рассматриваю их книжные полки в поисках каких-нибудь странностей, которые могут рассказать мне о них что-то новое, о чем я до этого не подозревал. На моих собственных полках таких странностей предостаточно".

"Покупать книги, оставшиеся от умерших людей, для букиниста - привычное дело. Постепенно к этому привыкаешь и воспринимаешь без эмоций, за исключением таких случаев, как сегодня, когда у покойной пары не было детей. По какой-то причине фотографии на стене (он - в парадной форме ВВС Великобритании, она - молодая женщина на фоне одного из парижских видов) вызвали у меня приступ меланхолии, которого не испытываешь, когда у людей остаются дети. Разбирать на части такую личную библиотеку - все равно что уничтожать память о них. Ты навсегда стираешь последнее свидетельство о том, какими были эти люди. В книгах этой женщины запечатлелись ее характер и интересы. Ее библиотека - самое близкое подобие генетического кода, который она могла после себя оставить. Может быть, именно поэтому племянник так долго медлил с продаже книг: подобно тому, как люди, потерявшие ребенка, часто ничего не убирают из его комнаты в течение несколькх лет".

"Сегодня первым оказался низенький мужчина с легкой пушистой бородой. Он так неожиданно подошел к кассе, что испугал меня. Он улыбнулся и сказал: "О, да у вас тут немало всего. Немало. Немало". Он купил "Хоббита". Я давно уже пытаюсь мысленно составить собирательный портрет Хоббита на основании внешнего вида всех тех людей, которые когда-либо купили у меня экземпляр этой книги".

"Я абсолютно уверен, что "Декамерон" был одной их тех немногих вещей, которые он привез с собой из Италии. Сколько же раз эта книга передавалась в семье из поколения в поколение, перед тем как остаться стоять никому не нужной в сырой квартире в Нью-Камноке, когда цепочка оборвалась? Однако теперь, в руках у той молодой женщины, что купила книгу сегодня, она обретет новую жизнь. И кто знает, какая судьба ждет эту книгу в следующие пару сотен лет?"


Я была бы не прочь поработать в таком книжном и посмотреть за компанию с Шоном и его друзьями "Небо над Берлином" и "Доктора Кто" в "Комнате писателей". К ним на фестиваль даже приезжал Уилли Расселл, написавший горячо любимую мною пьесу "Воспитание Риты" (об ее экранизации с Майклом Кейном я писала вот здесь). К сожалению, "Дневник" закончился слишком быстро, и я надеюсь, что у него появится продолжение.

Следом я взяла написанную Геннадием Прашкевичем биографию Брэдбери в серии ЖЗЛ. Велико же было мое удивление, когда у Прашкевича я встретила то же, что и у Байтелла тремя часами раньше. Читаю в "Дневнике": "Утром Кейт принесла анонимную открытку к Хеллоуину, в которой сообщалось, что "Рей Брэдбери – потомок одной из салемских ведьм". И в ЖЗЛовском томе: "Впрочем, по семейным преданиям, это не помогло его (т.е. Томаса Брэдбери, прапрадеда Рея) жене Мэри избежать обвинения в колдовстве. В 1692 году ее якобы заживо сожгли вместе с другими такими же несчастными на знаменитом процессе ведьм, проходившем в небольшом городе Сайлем, штат Массачусетс". Вот так дела!


У Прашкевича я уже читала биографию Толкина - биографию в самом лучшем смысле: без желтых сплетен, обращенную, прежде всего, к творчеству писателя и потому тесно увязывающую происходившее в жизни Толкина с тем, что он говорил в своих романах, статьях и письмах, и, конечно, с историческим контекстом. Книга о Брэдбери написана в том же ключе. Это не самое легкое, но очень приятное чтение. Шрифт мелкий, а я пока на 53 странице.

Завтра последний день моего отдыха больничного, так что времени на чтение снова станет мало. А ведь были времена, когда я на целый месяц уезжала в отпуск к морю, без интернета и мобильного, и читала, улегшись под вентилятором, часами напролет, пока на улице было слишком жарко. А потом шла купаться. И это было счастье.
Цветок

(no subject)

"Я стану ветром и дождем в мире, в котором будешь ты".

Китайская анимационная лента "По ту сторону океана" ("Большая рыба и Бегония", 2016) - занятный парафраз андерсеновской "Русалочки": путешествие в мир людей накануне взросления, прекрасный корабль, озаренный праздничными огнями, спасение в шторм, готовность отдать жизнь в обмен на жизнь того, кого любишь, треугольник влюбленных, жертвенность во имя спасения того, кто не любит тебя, и милосердие, и слова, вынесенные мною в эпиграф. Все это распределено в китайской истории иначе, чем у датского сказочника. К тому же это мультфильм, он длинноват, да еще и сделан с большой оглядкой на Миядзаки (куда же сейчас без таких оглядок), вот только звонкого смеха, рожденного очарованием, здесь нет и простоты недостает, зато за излишне ровно возвышенной мелодией проглядывают и самостоятельные сюжетные ростки, и любопытные переплетения судеб, не обещающие счастья, но открывающие свободу выбора, - словом, что-то взрослое в детской ленте. А это  удивительное, несвойственное сказкам открытие, что великие перемены в мире порой совпадают с перерождениями его обитателей (будь то буквальное рождение в новом теле или внутреннее преображение, зовущееся Любовью), но не являются их следствиями! Скорее уж это сама Любовь, откликаясь на грядущее, отражается в чистых открытых сердцах. И как прекрасны дедушка-яблоня и бабушка-Жар-птица!

Д и М

Улиточное

Пару недель назад, прогуливаясь между дождями, мы с коллегами встретили целую колонию улиток. Они прехорошенькие. И я понятия не имела, что эти малыши умеют так обвиваться вокруг травинок.



Collapse )
Цветок

Нерабочее

Сегодня было то самое утро, когда заходишь в жж рассказать о кино, вдруг чувствуешь острую необходимость записать еще и впечатления вчерашнего вечера, а под рукой нет бумажного дневника, вспоминаешь про фотографии улиток, сделанные после дождя на прошлой неделе, и тут зависает компьютер. (Он у меня тот еще социофоб и стесняшка: когда нужно срочно проверить что-то в базах данных, потому что на трубке висит клиент, комп начинает медленно-медленно открывать черт знает что. Видимо, так он помогает мне в достижении внутреннего дзена. Но иногда это мешает и работе и вдохновению.) После перезагрузки и запуска браузера я натыкаюсь на отличную разгромную статью редактора "Скепсиса" Сергея Соловьева о заколебавшем на прошлой неделе Н.А. Романове, которым полнился эфир даже т/к "Культура". И вот уже половина одиннадцатого, а я никак не могу заняться делом. Оправдание у меня только одно: поскольку за меня мою работу никто не делает и не сделает, к концу дня я наверстаю всё. И немного задымлюсь от напряжения.


Но вернусь к началу.

Три вечера подряд у нас дома гости, и к концу вечера мы, счастливые встречами, валимся от усталости. Предварительно вымыв посуду. О воскресенье я писала в воскресенье. В понедельник я встречалась с одной своей яркой и интереснейшей знакомой по Букмиксу, и мы отлично прогулялись, а потом пили чай у нас дома. А вчера на несколько часов перед поездом к нам заехали наши давние друзья-соседи, и эти несколько часов были самым замечательным из всего, чего только можно ждать от глубокого, настоящего, искреннего, интересного, долгожданного дружеского общения с прекрасными людьми. Жаль, что так коротко, а так коротко, потому что деликатность - удивительное человеческое свойство. Мы, конечно, поехали провожать гостей на вокзал и шли за поездом, медленно-медленно, потом быстро-быстро, и подпевали маршу "Прощание славянки", который всегда звучит при отправлении белгородского фирменного. И вечер стоял теплый, и небо было самоцветное, агатовое.

Уже дома я обнаружила тесто для оладий, которое не стоило оставлять до утра. Пришлось готовить. Фоном шло "Дело № 12. "Букет" на приеме" - одна из серий "Следствие ведут ЗнаТоКи", того самого многосерийного советского детектива. Я никогда специально не смотрела "ЗнаТоКов", а ведь это замечательнейшая вещь. Во-первых, с точки зрения детективной захватывает - действительно захватывает. Во-вторых, хотя я, зная это, никогда глазам своим поверить не могла, один из героев, Знаменский - это Бурмин! Из Басовской пушкинской "Метели"! А "Метель" я знаю наизусть и все равно всегда смотрю с упоением. В "ЗнаТоКах" Георгий Мартынюк совсем другой, старше, но такой обаятельный.


В-третьих, "Следствие ведут ЗнаТоки" - это не просто телеспектакль о расследованиях, а истории, в первую очередь, об обыкновенных людских нравах и только потом - о детективных коллизиях. Это, как мне кажется, главная ценность и коренное отличие сериала от массы замечательных, увлекательных и интригующих детективных многосериек, которые снимались и снимаются за рубежом.

Наконец, в-четвертых, вот ведь чудно, даже самые маленькие роли - это не пластмассовые актеры с искусственными репликами и интонациями, а буквально живые узнаваемые персонажи, предельно естественные и оттого особенно интересные.

Ну и, в-пятых, любопытных, но не в главных: мне было интересно наблюдать детали быта и костюмы. Семидесятые.

Кстати, я неспроста пишу слово "ЗнаТоКи" с тремя заглавными буквами - это аббревиатура из фамилий трех главных действующих лиц: следователя Пал Палыча Знаменского, инспектора уголовного розыска Александра Томина и эксперта-криминалиста Зиночки Кибрит.

И еще одно "кстати": в Деле № 12 водителя такси играет актер, лицо которого показалось мне очень знакомым. "Малый театр", - коротко бросила на мое замечание об этом мама. Да, наверняка, я видела его в каком-то из спектаклей Малого, но лицо узнала не поэтому. Открываю список ролей. Василий Бочкарев: 1978 - "Следствие ведут ЗнаТоКи", 1975 - "Продавец дождя". Ну конечно, один из братьев Керри в телеспектакле Московского драматического театра имени Станиславского, а эта постановка произвела на меня прошлой осенью неизгладимое впечатление. Я писала о ней в посте "Фигляры и волшебники".


Мы бы тоже не отказались от небольшого дождя, и что-то с неба брызгало около часа назад. Но, право слово, любой дождь превратится следом в поднимающийся над горячей землей пар, и станет еще тяжелее. Так что ура кондиционерам, воде из кулера и надежде на конец рабочего дня, когда можно будет немного вздохнуть дома, а потом, как только спадет жара, идти гулять.

P.S. Сегодня тот самый день, когда никакой мочи работать нет.
Детали

Книжные детали

Вчера вычитала у Каверина в "Открытой книге":

"Я училась тогда во втором классе второй ступени, а вся наша компания в третьем. Леночка тоже училась в третьем, но она была еще такая маленькая, что играла в куклы и читала "Голубую цаплю", о которой сказала мне однажды, что это самая хорошая книга на земле и она не понимает, как можно написать еще лучше".

Конечно, играющим в куклы кажутся самыми лучшими на земле совсем другие книги, чем те, которыми восхищаются в юности или зрелости, но до чего приятно встречать в книгах такие вот приметы времени. "Леди Джен, или Голубая цапля" - сентиментальная повести, написанная в конце 19 века Цецилией Вейт Джемисон и очень популярная в дореволюционной России. После 1927 года ее долго не переиздавали, но в моем детстве книга энциклопедического формата и с немного странными картинками наконец была выпущена. Я читала ее снова и снова в третьем, пятом, шестом классах - чаще, наверное, только сборники сказок и "Робинзона Крузо" с иллюстрациями Ильинского. И до сих пор сборник Джемисон ( "Леди Джен" под одной обложкой с "Приемышем Черной Туанетты") стоит на "детской" полке рядом с "Поллианной", Бернетт, Олкотт и другими любимыми некогда книжками. Перечитывать я решусь не каждую из них - давно выросла и иначе, скептически, вижу наивные истории, - но этой частью домашней библиотеки все-таки любовно дорожу.


Мягкость и неуловимая добрая ирония, с которой написана фраза из романа, подкупает, как и Каверинский стиль вообще, а первая часть "Открытой книги" очень напоминает начало "Перед зеркалом". Только там по сюжету были рассыпаны упоминания совсем иных книг, имена художников, музыкальные произведения, достопримечательности... Этот роман - другой, и героиня - не взбалмошная артистическая натура, упоенно читающая дневники Марии Башкирцевой, а прилежная девочка. Интересно, что в экранизации ее, только повзрослевшую, играет Ия Савина - странный выбор, с книжной 18-летней Таней совсем не совпадающий. Хотя, чтобы утверждать это наверняка, нужно сперва дочитать всю трилогию, а потом посмотреть многосерийную телеверсию. А времени для всего этого мало по очень приятным причинам: встречи, гости и прекрасные июльские вечера.
Цветок

Сегодня и вчера

Сверчки хором повисли на одной ноте и заполняют этим звуком все свободное пространство между светящимся на ночь глядя городом и облаками. Один сверчок, впрочем, выбивается и поэтому кажется маленьким талантливым скрипачем посреди шумной толпы. Прелесть.

Завтра начинается неделя, обещающая встречи: с виртуальными знакомыми и с давними друзьями, всего на день по делу приезжающими в Б. Неожиданно. От радости щекочет чуть выше яремной ямки. В какие дни, в котором часу, где, как - пока ничего не известно. Пока - усталость.


Collapse ) Полночь наступила тридцать три минуты назад. "Сегодня" стало "вчера", хотя некоторые считают, что только сегодня и существует на самом деле. Проверю утром. Спокойной ночи и - сегодня, чуть позже - счастливого дня!
Цветок

Жизнь - это мгновения

Неделя вплотную подобралась к пятнице и через нее перескочила, а я и не заметила. Непрерывные дожди ненадолго прервались, показалась радуга, потому были розовый закат, несколько звезд и почти половина Луны, а утром - снова светопреставление, упрятавшее под воду весь город. Лучшее время для сна, и я утром в полудреме вела спор с реальностью: а, может, все-таки суббота и можно еще понежиться в кровати? Нет, пятница. Тогда полежу еще только три минуточки.


И все-таки вчера получилось наконец-то погулять на свежем воздухе. В середине рабочего дня прогулки не считаются, сколько бы мы ни любовались полевыми цветами, ни изображали из себя воришек абрикосов и вишен и ни наблюдали за выползшими на асфальт после дождя улитками.

А теперь вот птицы поют. И сверчки стрекочут, как оглашенные. А уж лягушкам раздолье - наш любимый парк превратился в большое озеро с растущими прямо из него деревьями. За деревья боязно, но красота.

Деревянные балконные рамы в дождь пахнут чем-то из детства, и страшно представить, что рано или поздно эти рамы заменят пластиковыми, аккуратными, вставят стеклопакеты и навсегда лишат меня возможности зимой смотреть на город сквозь морозные узоры.

Вот еще о запахах: прошлым вечером, зайдя в наполненную горячим паром ванную комнату, я вдохнула кусочек дома тети Нины в Сухуме. Как недавно это было - тринадцать лет назад. И раннее летнее утро с включенным светом, потому что от дождя на улице темным-темно, а дома уютно - из того же времени. Каждый раз в сильный дождь хоть на мгновение оказываюсь там, у тети Нины, на Орджоникидзе, 72. А вместе с горячим паром - еще и у нас дома, на Калинина, 31, только еще раньше, в мои семь, когда все было незыблемо, и по углам ванной комнаты сидели сверчки, которых я боялась.


Collapse )