Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Роберт и Анастасия

Вместо предисловия

Как я хочу, чтоб строчки эти
Забыли, что они слова,
А стали: небо, крыши, ветер,
Сырых бульваров дерева!

Чтоб из распахнутой страницы,
Как из открытого окна,
Раздался свет, запели птицы,
Дохнула жизни глубина.
1948
Вл. Соколов
Цветок

Новогоднее опочтарение

Если вы помните, помимо миллиона других вещей, я собираю советские новогодние открытки и на праздники показываю приобретения за год в жж. На сей раз пополнение было не очень впечатляющим, но все равно милым моему сердцу.

Такой Дед Морозик, только сидящий, живет у нас уже двадцать пять лет, и поскольку по дате выпуска эта открытка самая юная, коллекцию свою я покажу в обратном хронологическом порядке.


Фоокомпозиция Л. Круцко, 1992
Collapse )
Цветок

Изобразительное искусство как глоток воздуха

Лучший для меня лучший отдых - это встречи с искусством. Я наполняюсь жизнью, когда брожу по залам музеев или бываю на хороших концертах и спектаклях. Вот и на позапрошлых выходных я с удовольствием посетила две выставки в зале "Родина" - художественных произведений из частных белгородских собраний и авторских икон Саньи Миладинович.

Меня едва ли можно назвать человеком религиозным, я скорее верю в существование неподвластного нашему разумению абсолюта, ноосферы, совокупного банка памяти всего сущего и в реинкарнацию, но с удивительными иконами  работы сербской художницы мне хотелось вести разговор, как это обычно случается с прекраснейшими произведениями искусства. Не знаю, была ли причина в том, что эти лики, светлые, ясные, написанные в византийской традиции, казались одновременно знакомыми и непривычными, или в красках, сочных и живых, или в сюжетах, некоторые из которых были для меня новы, а другие казались более привычными на полотнах европейских мастеров.

На выставку я шла из-за того, что она связана с Сербией, но увидела я больше - неуловимую душу этой страны в работах современной иконописицы и в вышитых рушниках, на которых они лежали.


Неопалимая купина
Collapse )Живопись и графики из частных коллекций произвело на меня не меньшее впечатление, во-первых, потому что я наконец-то увидела много работ Владимира Крайнова и особенно его "Вечернюю песню", а, во-вторых, потому что частные собрания отличаются от музейных и настроением, и духом: они менее строгие, более личные, немного стихийные, очень живые, в них - жизнь и даже взаимоотношения создателей и приобретателей, - и, наконец, в-третьих, на этой выставке я увидела работы белгородских художников, имена которых раньше и не слышала - вероятно, они работали здесь задолго до нашего переезда в город.

Экслибрисы Г.Н. Каневского из коллекции Иванчихина В.И.:

Collapse )
И, наконец, живопись.


Крайнов В.М., "Вечерняя песня" (1983)
Collapse )
Цветок

Заметки об одном фильме и двух книгах

Угадайте, в какой области по ЦФО первой (и единственной) выключили отопление на два дня раньше срока и аккурат к похолоданию.
Конечно, в Белгородской.
Тут бы забраться под одеяло и, согревшись, сразу заснуть, но прежде я решила рассказать вам о прочитанном и посмотренном.


Впечатление первое. Очень милый индифильм "Городские птички" (2016) - без особого сюжета, но воздушный и теплый, про трех очень разных подруг в зимне-хмурой Москве, где все-таки есть место маленькому сумасбродству, забавным несуразностям, мечтам, обидам, будничной вежливости и ласковым улыбкам. И вот что здорово: эти героини узнаваемые.


Впечатление второе, книжное.

"Мир - это война!"
А война - это власть и деньги, и какое дело крупным рыбам до судеб маленьких народов, до истории, до спокойной жизни, наконец. Власть и деньги, а ради этого стоит сеять зубы дракона, называя их семенами гуманизма. Цинично, подло и совершенно безучастно.

Книга Михаила Поликарпова, переиздававшаяся уже не раз под разными названиями, - об этом, хотя, главным образом, она - о парнях, ехавших в братскую Югославию помогать тем, кто защищал право жить на своей земле и кого весь западный мир выставлял кровавыми чудовищами. Новое название издатели подладили под вышедший недавно фильм, но повествование заканчивается 1995 годом, почти оптимистично. Во всяком случае, с надеждой на хоть какой-то мир. Бомбежки девяносто девятого и Косово были впереди, а пока разгоралась гражданская, межэтническая. межконфессиональная война - и не нужно долго гадать, кто подбрасывал хворост с одной стороны и перекрывал воздух с другой.

Не скажу, что мне понравилось то, как написано, поскольку повествованию недостает глав, четко и сухо описывавших политическую обстановку, и довольно трудно без карт (в издании нет ни одной), по одним только описаниям представлять военные операции, а имена добровольцев, поскольку упоминались они довольно стихийно, остались для меня именами отдельно от их историй. Сами же истории рассказаны - и это несомненное достоинство книги - без художественных прикрас и описаний, а скорее в форме заметок. Отсутствие же выверенной стройности и строгости текста сделало книгу живой. Все-таки написал ее не просто публицист, а тот, кто и сам воевал в Боснии.

По нескольким существенным для меня причинами это было стоящее чтение.

Во-первых, я попыталась разобраться в историческом контексте. Он ужаснул меня - многое мне просто было неизвестно в силу того, что в те годы я была ребенком и нашу семью затронула другая война, порожденная тем же распадом СССР. Многое повторяется вновь и вновь, становясь все изощреннее в цинизме и жестокости. К концу книги я не могла отделаться от наивного сравнения всего творившегося в Югославии с "Голодными играми". Запад устраивал именно их. Все, что в трилогии Коллинз, особенно в третьей части, мне казалось самым книжно-надуманным, я прочла в документальной книге Поликарпова. И я все равно не могу понять, почему люди на такое способны.

Во-вторых, мне всегда казалось, что добровольцы, ехавшие в девяностые во все горячие точки, образовавшиеся из-за развала СССР, - это такие не то рыцари, не то Рэмбо: красивые, несгибаемые, с твердыми принципами, дисциплиной, военными или медицинскими знаниями. Словом, сверхлюди. А это просто люди, которым было не все равно, очень разные: мальчишки совсем, и взрослые мужчины, и те, кто искал себя, и те, кто от себя бежал, и те, кто к себе пришел, а еще те, кого там представить было бы невозможно, не знай ты, что они там были. Не сверхидейные, а неравнодушные.

Правда, меня смутило упоминание нескольких добровольцев, до Югославии воевавших в Абхазии, но на грузинской стороне. Этого я не понимаю, это как если бы они сперва были в отрядах хорватов или бошняков, и только потом перешли к сербам. У меня это в голове не укладывается. Хотя бы потому, что камертон той войны еще гудит - для нашей семьи в том числе. И в нашем городе - здесь, в России - стоит памятник добровольцу Дмитрию Эдуардовичу Чепенцу, герою Абхазии, погибшему там. Он посчитал своим долгом поехать туда, где творилась несправедливость. Почему другие, из книги Поликарпова, выбрав в Югославии сторону тех, кто защищался, в Абхазии встали на сторону нападавших?!

В-третьих, мне показалось, что воинского умения у сербов было так же мало, как и дисциплины, и согласованности действий сербских воооруженных сил и добровольческих соединений. Посоветовалась с папой - он придерживается такого же мнения. Хотя Запад и тут старался отрезать сербам все возможности слаженного и полнокровного наступления, одновременно вооружая их противников.

В-четвертых, я узнала новое о сербах вообще: книга - это все-таки русский взгляд изнутри. Мне вспомнился момент из фильма "Балканский рубеж", когда в Белграде в 1999 на мосту сербы устраивали митинги одновременно с рок-концертами. Они пели и они протестовали, и в этом не было противоречия. В каком-то советском фильме героиня с обреченностью пересказывает легенду о Тамерлане:

"Однажды Тамерлан осадил город и послал туда гонцов, чтобы взять с народа дань в виде мешка золота. Люди выплатили дань, и гонцы вернулись с мешком золота.
Второй раз Тамерлан послал гонцов за данью, но те вернулись с пустыми руками, сказав:
- Люди плачут, говорят, что у них больше ничего нет!
-Раз плачут, значит еще что-то осталось! - ответил Тамерлан и снова послал гонцов.
И действительно, гонцы вернулись с золотом, и Тамерлан их спросил:
- Как настроение у людей в городе?
- Люди смеются, песни поют, — ответили гонцы.
Тогда Тамерлан сказал:
- Ну, раз смеются, значит, действительно, ничего не осталось…"

И в фильме, и в одноименной книге это -  о сербах.

Наконец, в-пятых, это все-таки мужская книга. Мой наивный девичий мозг для такого мало приспособлен, я даже в видах вооружения плохо разбираюсь, а описанное - сугубо мужская материя, грубая, со своей суровой деятельной мужской романтикой и тем, что мне из уютной моей спаленки кажется немыслимым, а для всех этих ребят было сознательно выбранными военными буднями.

Так что эта не идеальная по форме, но насыщенная и личными оценками, и воспоминаниями, и собранными материалами о той войне книга - очень дельная по содержанию


Впечатление третье. Сегодня я взялась за потрепанную, хотя и не читанную никем до меня книжку публициста Леонида Жуковицкого "Помоги своей судьбе" из серии "Личность. Мораль. Воспитание". До этого в серии мне попадался другой публицист - любимый мной Евгений Богат, но и этот выпуск оказался удачным. Это разговор с современниками о деятельном поиске себя, о честном на себя взгляде - разговор не слишком мягкий, прямолинейный, но достаточно деликатный. Книга вышла в 1989 году, а ведь такое чтение и сейчас очень полезно.
Детали

Ceci tuera cela

После "Huis clos" Сартра и книги о войне в Сербии я утвердилась в ощущении надвигающегося на цивилизацию коллапса. Потому что колокола звонят по всем нам и крестовые походы неизбежно разворачиваются в обратном направлении. На смену цивилизациям однажды приходят варвары - это случалось не раз и не раз еще произойдет. Только я убеждена, что храмы никогда не горят просто так. Называйте это знамением или неслучайной случайностью, но не имеет значения, какая искра, вольная, невольная ли, разбудила огонь. История закладывает петлю, и мы отступаем в "средневековье".


"Тем чаще думал я: из тяжести недоброй // И я когда-нибудь прекрасное создам...", - Мандельштам писал это о парижском соборе. Недобрая тяжесть у творимого в мире.

Прощай же, прежний Нотр-Дам, который я никогда не увижу. Может, однажды мы, люди, все-таки создадим что-нибудь прекрасное.
Джерард

Из сумки почтальона: новогодние открытки разных лет



Наконец-то Новый год! Я имею в виду: наконец-то у меня появился повод показать новогодние открытки, которые я собирала весь год, а отсканировала еще в декабре. Почти все они советские, но первые три отпечатаны в ГДР, о чем можно догадаться по связкам шаров и подсвечнику с вращающимися деталями, а черно-белая - дореволюционная и привезена мною в качестве сувенира из Казани. Все остальные были выпущены между 1967 и 1992 годами.
Collapse )

Свое любимое приобретение минувшего года я покажу отдельно. Сказочный домик! И где-то такой находится?!


Фото А. Петухова, 1985

Меня трудно назвать истовым коллекционером - я собираю, чтобы любоваться, без азарта и почти без системы. У меня есть любимые художники, любимые мотивы и любимые открытки, но все прочие я нахожу не менее интересными. Когда-то мне не нравились фотокомпозиции, а сейчас они рассказывают мне о времени и тех новогодних украшениях, которые я видела когда-то не только на почтовых карточках, но и в разных домах. И, конечно, не могут не поражать многообразие и тиражи выпускавшихся советских открыток: за несколько лет у меня скопилось немало образчиков, но это малая толика тех открыток, которые пересекали весь Советский Союз из конца в конец. Кстати, карточки, которые действительно совершили путешествия с почтовой службой, я особенно ценю - мне нравится читать пожелания на их оборотах.

На этом до будущего Нового года конец. :)))

А другие открытки из моей коллекции вы можете увидеть по ссылкам:
Год за годом: почтовые открытки 1950-х-1990-х годов
Почтовое чудо: почтовые открытки 1950-х1990-х годов
Ясная

(no subject)

Сегодня мы были в кино на "Несокрушимом" о подвиге танкового взвода, в неравном бою летом сорок второго унитожившего 16 немецких танков. Хороший фильм, стоящий. Сценарий крепкий и цельный, актеры сильные, пафос не завышенный. Конечно, ходить с профессиональным военным на военные картины - это значит гарантированно услышать, что "замполит в присутствии командира части так себя не ведет" и "танки в ряд выстраивать не стали бы". Конечно, исторический подвиг экипажа танка "КВ-1", которым командовал лейтенант Семен Коновалов, был несколько иным. В фильме у героев и имена другие, и вместо младшего механика в сценарии появилась героиня Павла Коновалова, но такое уж это дело - кино. По-моему, все равно получилась добротная, живая картина про замечательных, простых и смелых наших советских людей.

Цветок

Полезные интересности

Где бы взять такое веретено, чтобы выспаться и не ходить на работу?!


В Б. дожди, дожди, дожди, и я люблю такую погоду, но засыпаю на ходу, и ночами сны смотрю по восемь часов кряду. А снится мне такая дребедень!

Хотя вразумительнее, чем фильм "Санаторий под клепсидрой". Это предельно визионерский польский сюрреализм 1973 года, и если вам что-то такое присится, постарайтесь побыстрее проснуться.

А клепсидра - это водяные часы, предшественники "современных" механических, работавшие по принципе тщательно подобранных сообщающхся сосудов. Они использовались в Древнем Египте (с XIV в. до н.э.)  и у ассиро-вавилонян (эдак в XI-XVIII веках до нашей эры), а Платон для занятий с учениками и вовсе изобрел клепсидру-будильник со встроенной флейтой. В Древнем Риме, разумеется, тоже прибегали к помощи этих часов, отмеряя, по примеру греков, равное для ораторов время, так что фраза "Ваше время истекло" - это об утекшей за время их выступлений воде.


Один из простейших вариантов водяных часов - персидский: в сосуд с водой помещается меньший сосуд с отверстием, сквозь которое просачивается вода.

Водяные часы использовались не только в Европе и на Ближнем Востоке, но и в Азии, и там в устройстве клепсидр применялись гири, цепные подвески, зубчатые передачи и прочие достижения науки. Часы представляли собой замысловатые конструкции, услаждавшие глаз и слух. В Индии, например, истекшее время определялось по тому, опустился ли под воду корабль и запела ли механическая птица на вершине нарядного павильона - выдумкам часовщиков и аллегориям не было границ.В 9 веке Гарун-аль-Рашид преподнес клепсидру в дар французскому королю Карлу Великому. Водяными часами пользовался в своих опытах Галилей, а Ньютон планировал усовершенствовать их конструкцию. Я и сама не отказалась бы иметь дома журчащие часы. А Вы?

Вот еще одна моя находка последних дней - pie bird, пироговая птичка. Сразу скажу, что это может быть вовсе и не птичка, а любая керамическая фигурка со специальными отверстиями у снования и в носике, но традиционно эта свистулька для пирога все же изображала пернатых. Все, якобы, началось, с живых пташек, которых средневековые кулинары прятали в пироге, а потом выпускали на волю на потеху гостям. После же они стали глиняными, помещались в середину пирогов головками наружу и служили для выпускания пара - для того же самого мы проделываем в тесте дырочки вилкой или ножницами.



Со штормглассами, с отличие от клепсидр и pie birds, я познакомилась давно. Штормгласс - это своего рода барометр, помешенная в запаянную колбу смесь камфоры. этанола, дистиллированной воды нитрата калия и хлорида аммония. Его изобретение приписывают Роберту Фицрою, капитану того самого "Бигля", третью гидрографическую экспедицию которого описал Чарльз Дарвин. Однако в своих воспоминаниях Фицрой пишет, что познакомился со штормглассами в 1820-е в Англии, куда ампулы привез итальянец Малакреди. Капитану этот прибор показался занятной безделицей, однако он стал тщательно наблюдать за поведением жидкости в нем при разной погоде. Название "Штормовой барометр Фицроя" закрепилось за штормглассом чуть позже, в конце 1850-х, когда Королевский двор Великобритании, дабы обезопасить промысел, стал распространять барометры среди небольших рыболовецкий артелей. Имя же подлинного изобретателя так и осталось неизвестным.

Смесь в штормглассе Фицроя меняет свою структуру в зависимости от погоды: чистая и прозрачная в ясный день, мутная - в облачный, с мутными нитями на дне - в ветренный, перед грозой - мутная с отдельными застывшими вкраплениями, превращающаяся в крупные кристаллические хлопья перед снегопадом и с иглистыми кристаллами накануне заморозков. Современные наблюдения подтверждают не всех эти признаки, но прибор по-прежнему завораживает красотой названия (штормгласс, "грозовое стекло" - восторг!) и наполнения.


В Праге есть ателье штормглассов, а вообще их изготавливают в форме капель, драгоценных камней, яблок, глобусов, птиц, колб и так далее. По-моему, чудесная теперь уже игрушка.

И, если Вам известны столь же любопытные штуковины, пожалуйста, непременно расскажите о них мне.
Цветок

Застывшее цветение. Флора и фауна в фарфоре

Самые красивые лепные фарфоровые цветы я видела в нижегородском художественном музее: тончайшие розовые бутоны в окружении таких же хрупких листочков на двух чайницах. Но совершенство - это белый фарфоровый букет Петра Иванова, созданный почти два столетия назад. его, конечно, не привезли в Казань, но зато целый раздел посвятили цветочной теме в российском фарфоре.

Предметы из чайного сервиза с изображением букетов цветов, 1826 г.

Collapse )




На этом вторая часть "фарфоровой" фотоэкскурсии завершена, но будет еще и третья, посвященная преимущественно сервизам.
Цветок

Международный женский день: пять десятилетий советских открыток. Часть 2

Продолжение поздравительно-коллекционной записи, посвященной почтовым открыткам.

На этот раз вы увидите множество карточек восьмидесятых годов и всего несколько, выпущенных в 1990 году.

Восьмидесятые

1980 год

Худ. С. Горлищев
Collapse )


1981 год

Худ. Е. Аносов
Collapse )


1982 год

Худ. В. Коновалов
Collapse )


1983 год

Худ. Л. Бодрихина
Collapse )


1985 год

Фото. А. Богданова
Collapse )


1986 год

Худ. В. Дергилева
Collapse )


1987 год

Худ. Л. Бодрихина
Collapse )


1988 год

Худ. Т. Варламова
Collapse )


1989 год

Фото Б. Круцко
Collapse )


Девяностые

1990 год

Худ. В. Дергилева
Collapse )