Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Роберт и Анастасия

Вместо предисловия

Как я хочу, чтоб строчки эти
Забыли, что они слова,
А стали: небо, крыши, ветер,
Сырых бульваров дерева!

Чтоб из распахнутой страницы,
Как из открытого окна,
Раздался свет, запели птицы,
Дохнула жизни глубина.
1948
Вл. Соколов
Детали

Перечитывать

Борис Рыжий

Кусок элегии
Н.


Дай руку мне — мне скоро двадцать три —
и верь словам, я дольше продержался
меж двух огней — заката и зари.
Хотел уйти, но выпил и остался
удерживать сей призрачный рубеж:
то ангельские отражать атаки,
то дьявольские, охраняя брешь
сияющую в беспредметном мраке.
Со всех сторон идут, летят, ползут.
Но стороны-то две, а не четыре.
И если я сейчас останусь тут,
я навсегда останусь в этом мире.
И ты со мной — дай руку мне — и ты
теперь со мной, но я боюсь увидеть
глаза, улыбку, облако, цветы.
Все, что умел забыть и ненавидеть.
Оставь меня и музыку включи.
Я рассажу тебе, когда согреюсь,
как входят в дом — не ангелы — врачи
и кровь мою процеживают через
тот самый уголь — если б мир сгорел
со мною и с тобой — тот самый уголь.
А тот, кого любил, как ангел бел,
закрыв лицо, уходит в дальний угол.
И я вишу на красных проводах
в той вечности, где не бывает жалость.
И музыку включи, пусть шпарит Бах —
он умер; но мелодия осталась.
1997

Collapse )
Цветок

(no subject)

Коротко об очень классном фильме.
Немецкая трагикомедия из 90-х "Никто меня не любит" (актуальное название): немножко сюра, немножко здравого смысла и бонусом очень классные картинка и звуковая дорожка. И это некоторым образом история-предшественница "Тарифа на лунный свет" по роману Ильдико фон Кюрти. И то, и другое - пересматривать и перечитывать.





И о хорошей музыке: Galija, Bajaga i Instruktori и Saša Kovačević эффективно поддерживают сегодня мою работоспособность.
Candy Candy

Хроники

День сегодня отчего-то тяжелый: уставшей проснулась, уставшей поплавала и уставшей приехала на работу. Опять меняется погода, никак не установится весна: нет ни листвы, ни травы, а ведь в прошлом году в эти дни уже цвели абрикосы. Мы с мамой принесли домой несколько веток сирени (ее обрезали во дворе), и на второй день почки превратились в мягкие и пушистые пока еще листочки. Надеюсь, появятся и цветочные гроздочки.


Запланированное дело - пока в мертвой точке, потому что документы изготавливаются очень медленно. А хотелось поскорее похвастаться, эх. Вместо этого я нервничаю, успокаиваю себя, нервничаю снова... И штатной работы еще - целые горы.

В прошлую пятницу я спонтанно решила сходить на концерт в филармонию. Одна. Не оригинально, но это то, что я люблю, а к концу сезона в программе появились наконец интересные имена. На сей раз я слушала сказочного Лядова (он звучал так, как нарисованы сказки Билибиным и как сняты - Птушко), и тревожного, но счастливого Глазунова (и он так меня тронул и зачаровал, что я невольно забыла, что прозвучала лишь первая часть, и ударила в ладоши), и Скрябина, который был для меня и обо мне. Мир говорил со мной. Музыка знала все, что меня беспокоит, и всю тоску, и сомнения, и неверие в себя, и то, что даёт мне умиротворение, и как я боюсь сильных душевных переживаний, и как некоторые из них наполняют меня жизнью. Скрябин своим фортепианным концертом провел меня через все это - наверное, и он переживал похожее в свои 25, когда писал эту музыку. Он нашел себя.

До чего же удачно был выстроен концерт: симфоническая картина "Из Апокалипсиса" Лядова, симфоническая сюита "Из средних веков" Глазунова, "Мечты" и концерт для фортепиано с оркестром фа-диез минор Скрябина. И солировал очень хороший пианист из Москвы Андрей Коробейников. Обычно мне любопытно наблюдать за солистом, а сегодня я в звучании рояля и оркестра просто растворилась, и это, мне кажется, примета музыкального мастерства. И очень давно у нас не бисировали дважды и так блестяще и щедро.

В этот четверг я собираюсь слушать рояль, а в пятницу - может быть, скрипичный концерт Чайковского. Боюсь предполагать и не знаю, действительно ли будут настроение и хорошее самочувствие. Хотя настроение я себе поднимаю время от времени разными способами.

Продолжаю смотреть и фрагментарно пересматривать фильмы Майкла Грейеса (он Грейайз - Серые Глаза, - но вот так решил КиноПоиск). Мне очень понравился канадский "Kissed by Lightning", где у него небольшая, но важная роль. Это драма о художнице-индианке, которая выражает свою любовь и тоску по умершему мужу в картинах на сюжеты из рассказанных им индейских преданий. История о разрешении себе продолжать жить, о том, как отпустить, и обо всех, кто незримо стоит за нашими плечами.


Дочитываю сборник "Рассказы об индейских войнах", который лет тринадцать назад купила в Сухуме. Он - из тех книг, которые попали в сухумские книжные незадолго до войны и потому оказались не распроданными. Из авторов никто, кроме Джека Лондона, мне прежде знаком не был, а между тем почти все они так увлекли меня, что сейчас кажется, будто я большое кино посмотрела.

Мне попалась хорошая костюмная мелодрама с Софи Марсо - "Firelight" (в русском переводе - "Пламя страсти"). Снята она ровно так, как снимали такие фильмы в девяностые и не снимают сейчас: чуть задумчиво, поэтично. "Портрет леди", "Крылья голубки", "Пианино" - думаю, вы поймете, о чем я говорю.

Домашняя библиотека в воскресенье пополнилась несколькими современными изданиями. Дело в том, что я была рядом с "Читай-городом" и зашла взглянуть на стеллажи с уцененными книгами, поскольку там иногда попадаются совершенно не поврежденные тома. В прошлый раз мне повезло с автобиографиями Мишель Обама и Мэй Маск, а в этот - в биографией Терри Пратчетта, его же "Пятым элефантом" и "Ночной стражей" под одной обложкой, книгой со странным названием "Кто-нибудь видел мою девчонку?" и сборником Юрия Яковлева ("Девочка, хочешь сниматься в кино?" и "Гонение на рыжих"). С учетом бонусов и уценки получилось очень удачно.

Еще один источник улыбок - большое пополнение коллекции открыток. В букинистическом мне сказали, что подписанные хотели выбросить, но как же здорово, что они этого не сделали, потому что там на оборотах - столько замечательных слов. И чистые карточки прекрасны, особенно шестидесятых - этот период мне попадается не так часто, как хотелось бы.

Наконец, в книжной раздаче я выиграла третью книгу Шона Байтелла о буднях книготорговца в Шотландии - это точно будет чтение-удовольствие.

Как оказывается, хорошего очень даже много. И все получится правильно. нужно только немного собраться с мыслями и силами.
Цветок

Am I happy at the moment?!

Давненько я здесь не писала. А все потому, что дома я редко включаю ноут. Вышла на работу - ловлю момент. Жизнь в одно мгновение ускорилась, и приходится вспоминать, что я юрист не только в пределах рабочих обязанностей, а одновременно решать много-много задач и нервничать, и надеяться на что-то не самое легкое, но очень хорошее. Ох, пусть все получится правильно и благополучно.


А пока напишу сразу обо всем.

Collapse )
Цветок

А теперь о музыке


Это Жанетт МакдонАльд, или попросту Джанет Макдональд с ударением на второй слог. Я не видела ни одного ее фильма, даже трофейного, зато имя знаю с юности и даже встретила фрагмент, с ней связанный, в "Аплодисментах" Гурченко. Звезда американских музыкальных фильмов, красавица и, как это случается в кино, всего лишь средней руки опереточная актриса. Ее фотопортрет здесь - для красоты, а писать я буду про Шуберта, вернее, про его Большую симфонию до мажор.

Ведущая голосом, который хотелось ускорить, как в YouTube, предваряя выступление оркестра, сообщила, что Шуберт - последний классик, а симфония его - гигантское произведение огромного размера. (Граждане, складывайте слова правильно!) Куда из сонма классиков делись хотя бы Шопен, Верди, Малер и прочие Шостаковичи, нам не уточнили, а все прочее из рассказанного я (ввиду несвязности текста) прослушала и включила уши, когда началась собственно музыка. (Если вы читали предыдущий пост, то знаете, как это было неосмотрительно.)

Прекрасная музыка, жизнеутверждающая, вся - сплошь Вена, сплошь вдохновение. незаземленность. И так ладно все в ней соединено, так правильно, так... педантично. Словом, что-то с этими австрийцами не то. Вот слышится аллюзия на оду "К радости" Бетховена, а вот мелькнул вальс, вот что-то драматическое, но все равно все хорошо, просто муки творчества и споры о творчестве. Аккуратная, но легкомысленная Вена, затянутые в камзолы венцы, стройная симфония.

И ведь за ней чувствуется живое. Она искренняя, правдивая, совершенно настоящая, но это настоящее будто сковано менталитетом. Даже в финальной части пытается прорваться естество, бурное, непосредственное, близкое природе, ан нет, извольте-с по порядку, дозволяется только немножко сентиментальности.

Э-эх, подумала я, вас бы, вечно вальсирующих венских жителей, отправить за город к простой жизни. На травку, по горам побродить, в холодном ручье искупаться, дрова порубить, и зимой ещё посуровее - глядишь, и музыка стала бы открытее, эмоционально свободнее и глубже. А то скучно, ребят, хоть и звучит красиво.

Насчёт исполнения ничего не могу сказать. Хорошо в целом. Невыразительно. Не запомнится. Не представляю, как добиться в такой музыке слышимой душевной щедрости - не вдохнешь порой то, чего нет.
Цветок

На вокзале? В столовке? В филармонии!

Тут должна быть какая-нибудь бесячая картинка, но у меня нет подходящей, поэтому пусть будет антикварный ночной горшок. Я сейчас с такого шоу вернулась, что сарказм так и хлещет через край! Оно называлось "Зрители в филармонии", и оркестр тут вообще ни при чём, а об исполненной им музыке Шуберта я лучше отдельно напишу.


Так вот представьте. Несколько минут до концерта. За нами сидят трое пожилых людей, один из которых мне говорит: "А вы не могли бы куда-нибудь деть свою голову? Нам сцену не видно". Да, сейчас сбоку на свободное место ее положу. На сцене же спектакль, а не симфонический концерт намечается.

Перед нами две с виду пристойные дамочки за сорок пять. Пристойность той, что сидела слева, закончилась с первыми нотами Шубертовской симфонии - она достала шуршащий пакетик с едой и принялась жевать, поминутно запивая это дело кофе из литровой кружки с щёлкающей крышкой: откусила, наклонилась в центральный проход, взяла кружку, щёлкнула крышкой, отпила, щёлкнула, наклонилась, поставила, пошуршала пакетиком, откусила, прожевала, далее по кругу. Минут через пятнадцать мясная закуска закончилась (а она ещё и пахла!), дама взяла сумку, что-то сказала спутнице и ушла.

Вернулась через пять минут с шубой в руках. Встала посреди зала, с размаху шубу надела, поправила и начала усаживаться. (Музыка, напомню, уже звучала.) Наклонилась, бахнула сумку, наклонилась, взяла кружку, щёлк, отпила, шёлк, наклонилась, поставила. Достала телефон, сняла видео на вытянутых вверх руках, тут же начала его отправлять, убрала телефон в карман, кофе, достала из кармана, видео, просмотреть видео, кофе. Наконец, она развалилась в кресле, и для полноты картины ей оставалось только закурить. Так жаль, что я сидела не с краю - длины моих ног как раз хватило бы, чтобы "ненароком" опрокинуть кофейную емкость. И, оказывается, это было не только моей идеей, но оркестрантов жалко - шум-гам они не заслужили.

Тем временем кто-то слева через проход начал шуршать конфетами. Повернула голову: солидного вида бабуленция жуёт длинный батончик, отворачивая поминутно бумажку. Закончила. Фух!

И тут конфеты начали есть за моей спиной. Видимо, из-за того, что им сцены не видно. И, кажется, шуршащие фантики у конфет были многослоными. Аааааааааа... А, догадалась: это им не сцену не видно было, а жующую даму - они хотели за ней наблюдать, а тут мы!

Но и это ещё не всё. После концерта ко мне подошла подруга, сидевшая с другой стороны зала. "Я вообще не могла сосредоточиться на Шуберте! - сказала она, нервно смеясь. - У меня за спиной тоже все время ели конфеты. Я повернулась и попросила "Пожалуйста, перестаньте", и что они ответили? "Не нервничайте, девушка".

Помните мультфильм Хитрука "История одного преступления"? Если бы не наше чувство юмора, финал был бы такой же! По-моему, в филармонии пора вводить фейс-контроль и возможность, как в кинотеатрах, отправлять дежурному администратору смс с номером места, обитателя которого пора вывести вон. Хотя бы вот эту жрущую (простите за вульгарный глагол) даму в норковой шубе.

И, увы, до сих в начале концерта надо напоминать зрителям, что между частями произведения НЕ АПЛОДИРУЮТ. Бесит.;)
Цветок

(no subject)

Какой умиротворяющий вечер вчера был! Пушистый снег, небольшой морозец и музыка, музыка, музыка.

[В последние три недели я зачастила в филармонию, но как же упустить возможность послушать симфонический оркестр или орган почти без затрат, а вчера два билета можно было приобрести по цене одного, и к тому же я использовала бонусы. До этого мне подарили пригласительные, а сегодня вход на концерт и вовсе будет свободным - такое уж время. Да и то преображение, которое происходит, когда между работой и концертом заскакиваешь домой и теплую скучную одежду меняешь на женственную, дорогого стоит. И это немного компенсирует отсутствие движения: поврежденное колено не дает пока плавать, на работе не хочется шевелиться из-за холода, а так можно "окуклиться", но бабочкой потом не стать.]


В прогрумму вошли две премьеры российских композиторов и Концерт для скрипки с оркестром ре мажор Иоганнеса Брамса.

"Морские пейзажи" современного композитора А. Шора - чистейшая радость для скрипки с оркестром, и она напоминала музыку для франко-итальянских фильмов: очень европейская, богатая эмоционально, рассказывающая лирико-драматическую историю с хорошим финалом. Моря я не услышала, но удовольствие получила неимоверное.

После прозвучал опус "В начале был Бетховен" композитора О. Викторовой, и это была премьера. Оригинальное произведение, но, как это часто случается с современной симфонической музыкой, не для души, а для эффекта: им можно проиллюстрировать инсценировку биографии Бетховена, можно безбоязненно нарезать его на фрагменты, но по факту это сочинение о том, что в начале Бетховен был, но в конце остались одни дикари. Огорчительно, не так ли?

Ну и сравнения со скрипичным концертом Брамса, прозвучавшим в конце, ни Шор, ни Викторова не выдерживают - другая высота искусства. Музыка Брамса говорит с человеком. Ее даже не нужно визуализировать: она входит сразу в грудную клетку. Это разговор с цельной взрослой душой: о любви, причем не романиически-безумной, а вполне осознанной и требующей работы личности, о выборе, свободе, о развитии, о том, что высокое сочетается с хлопотным каждодневным, и в этом нет диссонанса, потому что это жизнь. И трудности нужны, и награда за них, и сомнения, и твердость, и самоирония. И вмещающий все это концерт Брамса, конечно, стоит выше современных сочинений.

Солист сегодня был замечательный - лауреат международных конкурсов, первая скрипка струнного квартета им. Давида Ойстраха Андрей Баранов, и какой глубокий звук у его сияющего инструмента! (Интернет подсказывает, что это скрипка Гвардинини 1758 года.)

К слову, я впервые увидела на сцене солиста во фраке. Он мне напомнил героя Тима Рота из "Легенды о пианисте", экранизации Барикко.

И дирижировал сегодня наконец-то Дмитрий Филатов - мне нравится, как он руководит оркестром и держится на сцене.
Цветок

Развлечения

Внезапно начавшаяся раньше срока зима так же внезапно отступила. Сыро, хмуро, но, раз уж красивая белая морозная зима в наших редкость, затяжная осень - это лучше, чем снежная слякоть и липнущая грязь. Сентябрь, октябрь, ноябрь - миновали. Где-то фоном все время - тревога о том, чтобы родные были здоровы, чтобы все было мирно и благополучно дома. Да мало ли поводов, но я не боец. поэтому стараюсь дурные мысли отгонять. Перелистнула свой "пророческий" календарь: на декабрьской странице - светлая комната, лофт, но заполненный уютными вещами, и нарисованная желтым на дощатом полу буква А, перевернутая и оттого напоминающая еще и мой инициал V. Надеюсь, это хороший знак. А в ноябре на снимке было два старинных автомобиля: левый - потрепанный и выпотрошенный, а правый - сияющий новизной, и, по сути, именно так месяц и сложился, потому что из опустошенной оболочки я вернулась к состоянию человека, увлеченного жизнью.


Я замечательно сходила в гости в прошлый четверг. Это, конечно, ужасно интересно, когда тебе в левое ухо что-то рассказывают по-русски, а в правое - по-сербски. И когда при этом одновременно люди умные и умеют повеселиться. И когда тебе потом перед сном (то есть поздно ночью) приходит смс с вопросом, как я доехала, и пригласившие искренне спрашивают, все ли мне понравилось и приглашают снова. Так удивительно хорошо!

Почти всегда даже после веселого времяпрепровождения я чувствую не просто усталость, а желание расплакаться, как будто я была среди не своих людей, а вот в компании ребят из сербского центра, уставая физически, все равно чувствую себя наполненной и остаюсь в хорошем настроении. На своем месте. Мне интересно, весело, спокойно, и это удивительное ощущение.

Из другого замечательного - музыка, книги, живопись, подготовка к праздникам.

Collapse )
Цветок

Музыка, как шелк

Осень была сложной, но, вот ведь счастье, именно ноябрь, самый темный месяц в году, получился наполненным музыкой, встречами, учебой. Каждую неделю я бывала на одном-двух концертах в филармонии, и каждый был в удовольствие. Ниже я скопировала из ИГ запись о вечере минувшей пятницы, но у меня уже есть билеты на завтра и желание послушать арфу послезавтра - не знаю, получится ли, но я сейчас с необычайной жадностью впитываю любые положительные впечатления.

27 декабря:

Сегодня мне очень хотелось слушать 4-й фортепианный концерт Бетховена с закрытыми глазами, чтобы музыка обволакивала со всех сторон, но я боялась случайно заснуть. Дело не в музыке, а в том, что я очень рано встала, и это удивительно, потому что накануне я очень поздно легла. Но знаете, когда причиной тому - прекрасный вечер с приятным общением, то силы не исчезают и симфоническая музыка после не утомляет.

А она сегодня была и впрямь живительной. Никогда прежде не замечала я этого за Бетховеном - так меня радовал всегда только Моцарт. Но Моцарт звучит сообразно своей эпохе, а у Бетховена я совсем не услышала времени минувшего - он будто предвосхитил звучание лет на сто пятьдесят: мне вспомнились фильмы Эрика Ромера и ещё середина восьмидесятых с настроенческой аллюзией на Луи Четырнадцатого. (Отчего-то произведения, которые я в последнее время слушаю, невольно монтируются в моем воображении с каким-нибудь относительно современным отрезком времени.)

Солировал Лукас Генюшас - замечательный, дирижировал Алексей Рубин - как давно не было на здешней сцене приглашенных дирижёров! В фортепианном концерте было много лёгкого прозрачного света - бликами, утренними лучиками, солнечными брызгами. А вторая часть и вовсе создавала то же ощущение, что и шелковая ткань, которую мягко скользит по коже. Простая по форме и очень искренняя музыка.


После звучала "Неоконченная" симфония Шуберта. Это музыка об эмоциональной нестабильности, которая может быть незаметна никому вокруг: смена радостного и отчаянного возбуждения, мгновенные и в музыке (но не в чувствах) парадоксальные переходы от одного к другому - такова первая часть симфонии, вторая же - сглаживание этой синусоиды. И неудивительно, что третью Шуберт так и не написал, потому что достижение ровного состояния, почти покоя даётся непросто, и ему нужно утвердиться, стать чем-то стабильным и постоянным, чтобы можно было после допускать снова чувства более яркие. Третья часть была бы нелогична, она попросту не нужна.

В финале снова прозвучал Бетховен - "Турецкий марш" из музыки к пьесе "Афинские развалины". Очень уместное завершение программы - с лёгкой торжественностью, на высокой ноте, так и просившейся после Шуберта.